2008 - 01 - 25 21:51
|
Хаджи Дауд
Летом 1720 года войско Хаджи-Давуда освободило от иранцев город Шабран. Все кызылбаши, были уничтожены. Эта победа утвердила боевой дух повстанцев . И он решил обратить взоры на север, к России. Хаджи-Давуд дважды обращался к Петру I через астраханского губернатора Кикина и российского посланника Волынского с просьбой оказать поддержку в борьбе против Ирана. Хаджи-Давуд основательно готовился к штурму главного гнездилища кызылбашей в Шарване — города Шамахи. К войску Хаджи-Давуда примыкали все больше и больше лезгин, проживавших в долине Самура, в области Кюре, табасаранцы. Прибыли в его ставку куткашенский Мелик-Махмуд с братьями и большим отрядом, а также цахурский Али-Султан с подданными. В начале августа 1721 года лезгины уже находились под Шамахи. Беглербег Шарвана выставил против них большую армию под командованием Мухаммед-хана. Но он не смог противостоять сильному натиску повстанцев и вынужден был повернуть обратно. Более десяти дней продолжалась схватка с шахской армией. Наконец, сопротивление было сломлено и повстанцы ворвались в город. В результате действий повстанцев погиб вновь назначенный беглербег Шарвана Хусейн. Весть о падении Шамахи облетела весь Иран. Тем временем Хаджи-Давуд, отчаявшийся получить военную помощь от России, обратился за таковой к Турции, враждовавшей тогда с Россией. Турция давно ждала такого шага от предводителя лезгин и пригласила его в Стамбул для переговоров. Во время этих переговоров Хаджи-Давуд согласился признать номинальную власть Турции с тем, чтобы она не вмешивалась в его внутренние дела. Таким образом, Хаджи-Давуд стал правителем Шарвана. Вскоре из Стамбула специально для Хаджи-Давуда была отправлена большая турецкая армия во главе с Сару Мустафа-пашой. Турция с помощью Хаджи-Давуда надеялась установить контроль над важным торговым путем, проходящим через Дербент. Этот план Турции противоречил интересам России на Кавказе. Поэтому Петр I, победоносно завершивший Северную кампанию, двинул войска в Закавказье. Это был знаменитый «персидский поход» Петра I.. 23 августа 1722 года Петр I вступил в Дербент. Дербентский наиб Имам-кули преподнес императору ключи от городских ворот. Впоследствии за этот подарок Имамкули был пожалован чином генерал-маойар и годовым денежным содержанием. Вскоре разыгравшаяся на Каспийском море буря уничтожила русский флот, спешивший на помощь пешему царскому войску, и Петру I пришлось, вернуться в Россию. После ухода Петра I турецкий султан направил в Шарван 30-тысячную армию во главе с Арифом Ахмед-пашой. К концу 1724 года Грузия и часть Шарвана оказались под властью Турции. Другой турецкий военачальник, посланный до этого на помошь Хаджи-Давуду,. выступил, против него и попытался захватить весь Шарван. Но он получил решительный отпор от Хаджи-Давуда и вынужден был отступить. В это время и иранский шах постоянно посылал к Хаджи-Давуду доверенных людей с предложе- нием помириться и стать «другом» шаху. Но, к чести Хаджи-Давуда, он категорически отвергал эти домогания. В последние годы правления Хаджи-Давуд все-таки пытался уста- новить контакты с Россией, но опять тщетно. В мае 1728 года Хаджи-Давуд вместе с братьями был приглашен на прием в Гянджу, где обосновались турки. Здесь он и вся его свита были арестованы. Хаджи-Давуда переправили в Стамбул, а оттуда на остров Кипр, где он и умер. На место Хаджи-Давуда был назначен Сурхай-хан Казикумухский. Мечта Хаджи-Давуда создать независимое государство развеялась, как дым. Спасшийся в свое время от меча Хаджи-Давуда молодой кубинский хаш Хусейн-Али водворился в своем ханстве, перенеся резиденцию из Худата в Кубу. Он начал вести самостоятельную политику, опираясь на поддержку России. В середине 30-х годов XVIII века положение Ирана начало несколько улучшаться. Стоявший во главе персидской армии Надир-шах подавил афганский мятеж и стал укреплять шахскую власть. Россия не хотела входить в конфликт с сильным Надир-шахом и подпи- сала в 1735 году Гянджинский договор и вывела свои войска из Прикаспия за реку Терек. Воспользовавшись дворцовым переворотом в Стамбуле и борьбой феодалов за власть, Надир-шах двинул свои войска в Шарван. Тем временем Сурхай-хан, желая заручиться поддержкой сильных горских владетелей, выдал свою дочь за аварского хана и усилил свои войска за счет горцев, присланных ему на помощь. Но ему не удалось остановить натиск Надир-шаха. Огнем и мечом прошелся этот завоеватель по земле лезгин и остановился у стен Дербента. В 1741 году Сурхан-хан сдался Надир-шаху. Прекратил сопротивление и кайтагский уцмий. Однако народ невозможно было остановить. Повсеместно создавались отряды добровольцев, готовых защитить родину от новоявленного завоевателя. В октябре этого года некоторые отряды Надир-шаха были разбиты в Табасаране и Кайтаге. А решительную победу над основным войском Надир-шаха горцы одержали в Аваристане. Он был изгнан отсюда с позором. Шейх Амирали Таирджальский Шейх Амирали, наряду с Гаджи-Магомедом Хулухским и абреком Ярали Гильским являлся одним из руководителей Кубинского восстания, начавшегося 20 августа 1837 года. Впоследствии, в связи с проникновением горцев в город Гаджи-Магомед отмечал, что: "Магомед эфенди, Амирали и Ярали говорили, что они зашли в город с недостаточными силами. Позднее я узнал, что в город вошло около тысяча горцев." Шейх Амирали со своими мюридами был одной из главных ударных сил штурма города. В Кубе в то время был расположен русский гарнизон и город снискал славу "непреступной крепости." Царские генералы, назвавшие эту военную операцию "вторым фронтом", отмечали, что это вынудило генерала Фезе и других генералов отвлечь внимание от Северного Дагестана и прибыть со своими войсками в Кубу. В результате военно-политическое положение Шамиля на севере было существенно облегчено и Шейх получил возможность расширить границы Имамата. По приказу Николя I-го на войну с горцами были снаряжены войсковые подразделения генерала Фезе, войско генерала Головина в 12 тысяч солдат и 39 пушек, конный батальон генерала Карганова, войсковые подраздления генералов Симбирского и Севарселидзе, а также отряды Даниялбека Илисуйского, в целом 60 тысячная русская армия, превышавшая кубинцев в шесть раз. После двух лет затяжных боев восстание было подавлено. Гаджи-Магомед Хулухский, руководитель восстания, был арестован в результате предательства Кюринского и Казикумухского хана Магомед Мирзы, Ярали со своими отрядами был оттесен в горы, а Амирали с своими оставшимися воинами вынужден был вернуться к Шамилю, где заново с новыми силами подключается к национально-освободительной борьбе. Здоровье Амирали, получившего тяжелое ранение еще в ссылке, ухудшалось с каждым днем и в конце концов он полностью утратил свою боеспособность. Предвидя свою скорую кончину, Амирали собравшись последними силами с помощью своих друзей А.Бакиханова и Абдуллы Алкадара совершает второй хадж в Мекку в 1846 году. Ему не было суждено вернуться с этого паломничества, и Шейх Амирали скончался в результате бури разразившейся между Меккой и Мединой и был похоронен в местечке "Фатима вадиси" в Аравии в 1846 году. Гаджи-Магомед Хулукский и Яр Али Гильсий Руководители восстания кубинских лезгин 1837-38 гг. Кубинское восстание началось весной 1837 года. Поводом для него послужило требование российского правительства о наборе рекрутов в Варшавский конно-мусульманский полк. Весть об этом распространил наиб Юхарибашского магала Касум-бек. Вскоре наибы Юхарибашского, Сыртского, Аныхдаринского магалов съехались в селение Яргун, а потом в селение Кириг для совета. К ним примкнул старшина Ахтынского общества. Собравшиеся составили прошение на имя генерала Реутта, находившегося тогда в Кубе с тем, чтобы лезгин освободили от воинской повинности. Реутт отклонил это прошение, мотивируя тем, что найдутся добровольцы. В ответ на это возмущенные жители собрались в большом числе в селении Гюндюзкала. Сюда прибыли и посланцы из Кюринского ханства. Было решено, что представители от разных обществ поедут в суд, находившийся тогда в Худате и в случае получения отрицательного ответа, отправятся к генералу Реутту, Посланный к повстанцам от военной администрации майор царской службы Иса-бек объявил собравшимся, что виновниками создавшейся ситуации являются Мухаммед-хан Алпанский и Джаферкули-ага Бакиханов, брат известного Аббаскули-ага Бакиханова. Крестьяне потребовали их изгнания из Кубинской провинции. Однако вслед за Исабеком Реутт послал к повстанцам кубинского коменданта Гимбута для усмирения толпы. Но люди не разошлись до тех пор, пока их требование не удовлетворили. Оставалось только пойти навстречу крестьянам в их просьбе об укрупнении магалов и уменьшении налогов. С этой целью руководитель восстания Хаджи-Мухаммед из селения Хулух отправился в Кубу к Реутту. Но тот в резкой форме отказался вести какие-либо переговоры. Восставшие прибыли из Чпира в селение Гиль, где с пламенной речью выступил благородный разбойник Яр-Али Гильский. Вдохновленные его речью, повстанцы осадили селение Щуру Худат, выбили оттуда царский гарнизон и двинулись к Кубе. Число повстанцев с каждым часом росло и достигла вскоре 12 тысяч человек. В селении Агбиль состоялось еще одно совещание, на котором Хаджи-Мухаммед был избран ханом и главнокомандующим повстанческой армией. Были назначены "новые наибы магалов. Здесь к повстанцам примкнули отряды из Кюринского ханства, Казикумуха и Табасарана. Когда лезгины окружили Кубу, то горожане, сочувствовавшие им, перешли на сторону восставших. В их числе были Хан-Мухаммед, Селим, Уста-Усман и другие. С их помощью около 600 повстанцев во главе с Яр-Али Гильским ворвались в город, где завязался ожесточенный бой. Обороной города руководил майор Ищснко, который максимально использовал для этой цели нукеров местных феодалов. В самый разгар боя, когда перевес уже был на стороне повставцев, Хаджи-Мухаммед, движимый гуманными целями и не желавший кровопролития, проявил нерешительность и тем самым позволил царскому гарнизону овладеть ситуацией. Дело усугубило и то обстоятелсьтво, что на помощь осажденным в Кубе устремились регулярные части из Дербента. Узнав об этом, кюринский хан, тайно благоволивший Хаджи-Мухаммеду, в открытую перешел на сторону генерала Реутта и послал в Кубу карательный отряд во главе со своими сыновьями Гарун-беком и Юсуф-беком. Существенную помощь осажденному гарнизону оказал и шемахинский комендант фон Ашенберг, направивший против повстанцев сильный отряд во главе с прапорщиками Ширин-беком и Адиль-беком. Поспешно тронулось в сторону Кубы и войско генерала Фезе, воевавшего тогда против Шамиля. К царским войскам примкнул и илисуйский султан Даниель-бек, находившийся тогда на царской службе. Под натиском превосходящих сил смельчаки во главе с Яр-Али Гильским были вынуждены покинуть город. Известие об этом сильно снизило боевой дух повстанцев, которые уже почти не были способны сражаться. Поэтому Хаджи-Мухаммед распустил всех по домам, а сам направился в родное село. Здесь он забрал жену, двух дочерей, юного сына и направился во владения кюринского хана, надеясь найти у него пристанище. Семью он оставил в селении Тпиг, а сам с сыном отправился к хану Мухаммеду-Мирзе. Тот велел немедленно их арестовать и переправить в Дербент. Отсюда их отправили в Бакинскую тюрьму, где Хаджи-Мухаммеда казнили, а сын умер в тюремном лазарете от лихорадки. Прочие руководители и участники восстания были высланы в различные северные губернии России, а также в Сибирь. Шейх Мухаммед аль-Яраги ( Мухаммед Ярагский ) Магоммед-аль Яраги был хорошим учёным и наставником. Мы берём отрывок из книги Ахмеда Агаева: Магомед Ярагский , где он пишет о учении Ярагского, направленное на объединение мусульман учителя Имама Шамиля и Кази Магомеда. Еще в 1823 году, когда состоялись переговоры между Гаджи Исмаилом и Магоммедом Ярагским в Кюрдамире, они остановились на мысли соединить народы Дагестана в одно общее целое, прекратив между ними взаимные междоусобицы, ссоры и обычай кровной мести . Находя в содержании нового учения М. Ярагского подобные идеи, фельдмаршал И. Паскевач с Кавказа, писал военному министру в Петербург, что несомненная цель нового учения заключается в том, чтобы отторгнуть от нас все Дагестанские племена и соединить их под одно общее правление В 1825 году Магоммед Яраги разослал письма в главные религиозные центры Кубы, Кюри, Табасарана, Дербента, Кайтага, Казикумуха, Акуша, Аварии, Тарки и Чечни. Цель обращений к авторитетам ислама заключалась в сборе их для совместных действий . В обговоренное время в село Яраги съехались религиозные представители Дагестана. Здесь в глубокой секретности состоялся первый в истории Дагестана съезд высших духовных лиц. Но тем не менее, царские власти через свою жандармерию и осведомителей получили сведения об участниках и о содержании выступлений, прежде всего, имама Магоммеда Ярагского. Через закрытые и открытые архивы в историческую литературу попали имена Джамалудина Казикумухского (лакец), Кази-Магомеда Гимринского и Шихшабана из Бохнода (аварцы), Гаджи Юсуфа Губденского (даргинец), Гаджи Селима, сына Магарама Ахтынского из Махмудкента (лезгин) и Хан Магомеда (табасаранец). М.Ярагский начал свой доклад с объявления, что Кюринское ханство покорено русскими, в селении Курат стоят российские войска, Аслан-хан боится, и поэтому кюринцы не в силах вооружиться против гяуров. Между тем медлить невозможно. Переход к практическим предложениям, имам в повелительной форме сказал собравшимся: Во имя Аллаха приказываю вам: вернитесь на вашу родину, соберите мужчин ваших племен, сообщите им мое учение и призовите их к борьбе против проклятых неверных! Угнетенные должны освободить себя, а свободные отвести от себя рабство. Я призываю вас обратиться к народу от моего имени. Если нас объединит вера в Аллаhа и в заветы его пророков, нам нечего бояться людей и их угроз. Для нас не может быть другого страха, чем рабство, и другого позора, чем стать добычей неверующих итак, смерть или победа! Здесь нас привлекает свобода, там рай, нужно сделать выбор, почему мы медлим? Боритесь и вы будете свободными, - умрёте, и вы будете счастливы. Не кажется ли вам награда сладкой. Вашим первым желанием должна быт свобода, а последним ненависть к неверным! Сколько бы не было врагов, мы должны победить. Вы знаете наше древнее изречение: один мусульманин должен идти против десяти неверных, ибо вера делает человека сильным, а неверие трусливым. Теперь идите, вернитесь к своим племенам и передайте им то, что я сказал . Доклад М. Ярагского произвёл сильное впечатление на учёных. Он озарил их светом свободы, вдохновил силой непокорного духа. Призывы к борьбе за свободу падали на благодатную почву, ибо призрак свободы бродил в умах собравшихся, уже втянутых в пробуждающееся освободительное движение. Требовалось прибавить отваги и храбрости, ибо десять мюридов сильнее ста неверных. В это время и вышел имам Газимухаммад со своим обращением к учёным и народу Дагестана. Он быстро нашёл среди них сторонников своих идей. Первым из них был и Шамиль имам. В этом положении Газимухаммад написал письмо Мухаммаду-ал Яраги, где он говорил: Всевышний Аллаh велит мне вести газават с неверными и лицемерами, а шейх Жамалуддин не разрешает этого - чье повелении мне последовать . Ответ был коротким: Повеление Аллаhа мы должны выполнить в первую очередь . После этого и началась открытая война, Мухаммед Ярагский переселяется в селение Согратль где и заканчивает свою жизнь богатую яркой деятельностью как наставника и выдающегося духовного деятеля кавказа |
